Продвигай свою музыку
 
Oxxxymiron
Oxxxymiron
Oxxxymiron
@oxxxymiron
 

Blog

Оксимирон сыграл злодея в экранизации Пелевина «Ампир V»

Фильм «Ампир V» по книге Виктора Пелевина, где главного злодея сыграл Оксимирон, выходит в прокат 31 марта. Один из главных «долгостроев» российского кино шел к премьере целых 5 лет. На грандиозные массовки и декорации не хватало денег – проблему удалось решить краудфандингом и выпуском специальной криптовалюты bablos (вполне в стиле Пелевина). Таким образом, собрали недостающих три миллиона евро.

Oxxxymiron в фотосессии для журнала Interwei. Смотреть фото

По сюжету молодой москвич Рома Шторкин становится частью элитной расы вампиров – тайных правителей мира. Вчерашний грузчик, он получает особняк в центре города и новое имя – Рама Второй. Кроме этого, он обретает тайные знания и власть. Роль Шторкина играет Павел Табаков. Оксимирон выступает в роли его антагониста.

Премьера объявлена, но что будет с фильмом, по-прежнему не очень ясно. С одной стороны – собирающий деньги в помощь Украине Оксимирон сейчас практически попал в список врагов Отечества, с другой – умирающий в условиях санкций российский кинопрокат отчаянно нуждается в отечественных блокбастерах. Но возможно, что как раз всё идет по плану. 

V. 2022. 02.jpg

Режиссер фильма - Виктор Гинзбург, который ранее снял фильм по книге Пелевина «Generation П». В создании саундтрека приняла участие Анна Друбич, дочь режиссера Сергея Соловьева и актрисы Татьяны Друбич.

«Горгород» Оксимирона номинирован на литературную премию

Среди претендентов на престижную литературную премию имени Александра Пятигорского оказалась «Поэма "Горгород"» Мирона Фёдорова. Как говорится на сайте этой премии, все тексты треков альбома «Горгород» являются цельным произведением – поэмой. Автор – русский поэт  с филологическим Оксфордским образованием, Мирон Янович Федоров, пишущий под псевдонимом Оксимирон.

«Поэма стала предметом детальнейшего анализа со стороны разной аудитории: от профессиональных филологов, семиотиков, философов до мальчишек с городских окраин, увлеченных рэпом, – указано в сопроводительном тексте. – Альбом послушали миллионы, в сети десятки тысяч страниц обсуждения произведения.

Слушатели и читатели поэмы спорят о том, что такое литература и философия, что такое цитирование и первоисточники, что такое антиутопия, почему опять так актуальна стоическая философия, которая явно и неявно упомянута в поэме. О Толкиене и его символике в «Горгороде», о библейских сюжетах, мягко и бережно (хотя и с ненормативной лексикой почти во всех треках) внесенных в череду многомерного, как и положено по законам «большой литературы», переплетения образов и сюжетных линий поэмы.

С точки зрения вовлечения в философию, в культурологию, в литературу – это небывалое действие. Но оценка этого произведения как философского лежит не столько во внимании к набору пунктов, разбор которых заставляет читателей пройти сопоставимый и по человеко-часам и по качеству курс, характерный для гуманитарного факультета. И не в случайных играх ассоциаций: пять героев – пять вершин в горгороде-пятигорщина.  

Основная причина подачи на премию Александра Пятигорского – это реализация Автором в «Горгороде» внутри формы рэп-поэмы (рэп-пьесы, рэп-оперы) принципа жесткой позиционности разговора без потери возможности внешнего наблюдения.  Не каждая пьеса автоматически дает – позиционность!

Мирон Федоров в своём формате сделал то же самое что Марсель Пруст в своём: разобрал себя, свои непримиримые и одновременно со-существующие фигуры сознания – на части и положил их как отдельные – но в единое и завершённое литературное произведение. Это даёт шанс слушателю сделать то же самое: и ангажироваться с какими-то позициями, и одновременно не-ангаживаться, оставшись наблюдателем – проходя по альбому от начала и до конца, целиком.  

Крепко завязанная в «Горгороде» неувязываемость двух разных философий – позиционности и отстраненной наблюдательности – стала вдруг предметом публичного обсуждения, озадачила и удивила: а кто же автор? кто автор «Горгорода», а кто писатель Марк – главный герой произведения? Это удивление дорогого стоит».

Литературная премия имени Александра Пятигорского учреждена в 2013 году Фондом поддержки философии, интеллектуальной прозы и сохранения наследия А.Пятигорского. На соискание премии за лучшее философское произведение в 2018 году принимаются сочинения на русском языке, впервые опубликованные в 2014-2017 годах.

Призовой фонд четвертого сезона премии имени Александра Пятигорского составляет 1 миллион рублей. Всего в списке номинантов представлено 37 произведений.

Читать еще:
Оксимирон стал лицом марки «Reebok Classic»
Канал СТС снял фильм по мотивам лондонской жизни Оксимирона
Рэпер Oxxxymiron стал человеком года по версии GQ

Оксимирон стал лицом марки «Reebok Classic»

Несмотря на плотный график, Мирон нашел возможность поговорить о сотрудничестве с брэндом, любви россиян к баттлам и о том, почему поэзия с искусством должны быть ******* (совершенно) свободны.

Interview: Ты сейчас суперслушаемый исполнитель, ты принес грайм в Россию. Как это получилось?

Сейчас все СМИ при разговоре обо мне упоминают грайм, не очень-то понимая, что это. Грайма у меня, в принципе, не так много, хотелось бы и больше. Наверное, ты спрашиваешь в целом, как у меня вообще все это получилось. Я часто смотрю в зеркало и задаю себе тот же вопрос. Ответ, пожалуй, такой: получилось, потому что очень долго к этому шел. Со стороны для людей не из хип-хопа все выглядит так, будто я появился ниоткуда и внезапно. Но, как это часто бывает, для меня этот процесс был далеко не быстрым.  Я начал заниматься рэпом лет в 13 (сейчас мне 31), активно — где-то восемь лет назад. Соответственно, во многом дело в терпении: я продолжал делать свое дело даже тогда, когда многие на моем месте уже бы забили болт из-за беспросветности и бесперспективности. Плюс, наверное, в отличие от многих людей, которые пытаются встроиться в какую-то нишу, я просто взял и создал ее с нуля. Я, конечно, не придумал колесо, я лишь соединил, смешал какие-то уже существующие штуки из западной урбан-культуры — немецкий баттл-рэп, английский грайм, кучу американских стилей — и все это скомбинировал с личным опытом и своей мифологией. Наверное, это [для популярности грайма] сыграло важную роль, потому что я дал русскому слушателю то, чего у него не было. Почему это все продолжает развиваться, почему я пока не исчез? Тут много разных факторов: однозначно удача, фанатичное отношение к хип-хопу плюс вечное недовольство собой и тем, что я делаю.

Продолжаешь совершенствоваться.

Ну, это слишком высокопарно звучит, ты можешь так про меня сказать, я про себя — нет. Я просто стараюсь хоть немного дотянуться до планки западных исполнителей, которых сам слушаю. В России таких прецедентов лично для меня нет: есть очень талантливые ребята, но нет никого, на кого я смотрю снизу вверх. Это неплохо, это просто факт. На Западе таких людей много. Все это вместе помогает мне держать планку. Остальное уже происходит помимо меня. Весь этот ажиотаж вокруг моего имени сейчас… Опять-таки, чтобы не лукавить, он, конечно, во многом поддерживается и мной тоже, но то, что со стороны может показаться холодной маркетинговой стратегией, на деле у меня почти всегда является тотальным хаосом на авось.

800

Как вообще у тебя тексты рождаются в голове? Это твой личный опыт или просто: «О, классная рифма, сейчас смиксану»?

Да я сам не понимаю механизма этого всего, хотя уже пора бы. На поверхностном уровне все просто: есть мысль или настроение, которые я хочу передать в треке, и есть дополнительная задача — сделать так, чтобы мой голос на треке сам по себе звучал как еще один инструмент. При этом у меня, мягко говоря, не самый приятный голос на свете, я не певец, не профессиональный вокалист. Поэтому звучание задается непосредственно текстом — его ритмическим рисунком, расставлением пауз, нарастанием и спадом, внутренними рифмами и так далее.

Похоже, многие далекие от темы люди решили, что я пишу так: «Окей, сейчас мне нужно тут вот применить ямб и хорей, а здесь не хватает интервала длиной в столько-то миллисекунд». Я дико угораю с этого. Я ж не ученый какой-то, я эмси. У эмси рифмы и ритмы подбираются интуитивно, без осмысления — сказывается опыт и умение. Просто за свою жизнь я прослушал огромное количество разного рэпа, поэтому у меня в голове куча вариантов построения флоу и рифмоконструкций, из которых рождаются новые комбинации.

Кто-то действительно думает, что ты строишь тексты по ямбу и хорею?

Да! Люди пишут: «Вот здесь Оксимирон осознанно применяет олорифму, раешный стих...» А я даже не знаю этих научных терминов. Хотя вроде как изучал литературоведение. У нас, эмси, есть простое понятие - double rhymes, multis. Двойные (или составные) рифмы, составленные из многих слогов. Без них рэп не рэп. Все просто, и все идет от внутреннего чувства хип-хопа, а не от головы.

К тому же, пусть это звучит странно, я верю в определенную внутреннюю магию языка. Часто бывает, что я ищу сложную составную рифму — и уже не верю, что найду. То есть рифму-то найти можно, но будет страдать содержание, будет чувствоваться некая искусственность. И вдруг ни с того ни с сего находится нужная рифма. Причем она не просто идеально рифмуется, но и идеально подходит по содержанию, ведет текст куда-то дальше — именно туда, куда надо. Получается, если ты не довольствуешься первой попавшейся рифмой и продолжаешь подбирать более точную, то язык как бы награждает тебя и ты находишь не просто какую-то рифму, а ту самую, единственно правильную. Это и есть баланс формы и содержания, который очень важен, потому что в русском рэпе что-то одно часто хромает. Да и у меня раньше хромало и сейчас иногда. Важно не лениться и стремиться к балансу.

А каких ты вообще русских исполнителей рэпа слушаешь? Или кем вдохновляешься?

Никем. Честно сказать, я слушаю русский рэп, чтобы понять, что выпускают мои коллеги, конкуренты и так далее, а не потому, что тянет слушать. Есть очень мало исполнителей — например, Atl, — периодически выпускающих то, что я действительно могу послушать в удовольствие.

Я слушаю хип-хоп полжизни — и очень разный, поэтому причины, по которым я ценю того или исполнителя, могут сильно разниться и даже быть противоположными. Те, кто недавно в теме, часто недоумевают: «Ну как же так, ты недавно хвалил Bumble Beezy, сегодня — ATL, и тут же Dom!No. Один — технарь и тараторщик, другой — абстрактно-атмосферный, а третий вообще полупопса. Как это может быть? Наверное, ты неискренен.» А я просто люблю хип-хоп в целом. Нет плохих тем — есть плохое раскрытие, нет плохих стилей — есть бездарные исполнители.

Ты, выходит, рэп-меломан.

Да, потому что мне абсолютно *** [все равно], какой жанр: поп-рэп, дикий андеграунд-хардкор, трэп, олдскул, что угодно. Важно, чтобы было оригинально, чтобы было свое лицо и чтобы при этом это оставалось хип-хопом, а не разговором под бит. Разговор под бит я прощаю только «Кровостоку», слишком уж они титаны в своем деле.

С чем ты можешь связать огромный интерес к баттлам в России?

Думаю, что есть какая-то логика мирового исторического процесса, из которого Россия не исключена. Когда-то были турниры поэтов, первые 20 лет развития хип-хопа были фристайл-баттлы (ну и поэтические слэмы тоже параллельно существовали). И вот на Западе за последние десять лет вырвался вперед именно тот формат баттлов, который в России представляют Versus и Slovo, то есть баттлы с текстами, чаще всего написанными заранее против конкретного оппонента. И, как доказывает популярность Versus  в России, это то, что сейчас оказалось нужным обществу.

800

Ну да, там зашкаливают просмотры.

Я думаю, тут масса факторов. Первый — деградация поэзии как народного искусства, способного объединять массы людей, как в 60-х. Я не уверен, является ли сейчас Россия читающей нацией, как раньше, но при этом потребность человека обогащаться словом, слогом — она ведь никуда не делась. Свято место не бывает пусто. И вот на место стихов пришли баттлы.

Второе — сама идея вербального конфликта стара как мир, просто тут она обрела новую форму. Вообще, в русскоязычных странах не хватает площадки, на которой можно было бы грамотно поругаться, поспорить, обменяться колкостями. Когда я, не дай бог, где-то натыкаюсь на включенный телевизор и вижу там ток-шоу, то это всегда переругивание монологами. Конфликтующие стороны вообще не задевают друг друга, а просто орут мимо оппонента. Как ни парадоксально, баттл-рэп при всей его грубости в гораздо большей степени является диалогом. Потому что высший пилотаж баттл-рэпа — не просто оскорбить, а залезть к оппоненту в голову, найти там нужные рычажки и надавить на них. Дальше оппонент может изображать сколько угодно, что его это не затронуло, но если рычаг был найден, он дрогнет. То есть твои слова реально влияют на оппонента: они способны переубедить, расшевелить. Это и есть диалог, а не просто обмен монологами.

Третье — на самом деле люди просто любят, когда двое чуваков делают (или делают вид, что делают) друг другу больно, поэтому так популярен бокс, MMA, рестлинг. А тут то же самое, только вербально. И когда большинство эмси наконец поймут, как сделать свои баттлы сильными, яркими и доступными, баттл-рэп окончательно станет полноправной формой развлечения для широких масс населения.

Как насчет баттла с Дизастером? Намечается или нет?

Намечается.

Кстати, в этом году ты выступаешь на Пикнике «Афиши», там и «Ленинград» будет. Расскажи, как тебе творчество Шнура? Вообще, он активно себя продвигает сейчас, через Инстаграм в том числе.   Что ты об этом думаешь?

Я тоже продвигаю себя через Инстаграм, не вижу в этом ничего плохого. Проблема в другом. Я не слишком хорошо знаком со старым творчеством Шнура, «Ленинград» никогда не был одной из групп, которые я слушал. С тем, что он человек талантливый и очень харизматичный, не поспоришь. Но при этом то, что он выпускает сейчас, мне кажется какой-то дикой пошлятиной.

Пока «Ленинград» был просто ска-музлом для бухих вечеринок, все было адекватно. Но с некоторых пор группа претендует чуть ли не на социальную критику и высмеивание людских пороков в клипах, которые с треками образуют единое целое. Те же «Лабутены» выбирают в качестве мишени недалеких колхозно-пригламуренных баб, но недалекие колхозно-пригламуренные бабы — самая легкая мишень из всех возможных, это как бить лежачего. Хочется спросить: а кто, собственно, смеется над героиней клипа? Смеются точно такие же обыватели, ставит лайки офисный планктон, нервно смеются точно такие же колхозно-пригламуренные бабы. Можно сколько угодно говорить о многослойной иронии Шнура, о его роли скомороха, но при просмотре я испытывал классический испанский стыд, а досмотреть до конца так и не смог. Вот честно, мне было бы стыдно такое выпускать.

Окей, давай теперь собственно о тебе и Reebok Classic. Ты же вообще первый из российских исполнителей стал лицом марки. Чувствуешь ответственность?

Ответственность перед кем?

Допустим, перед теми, кто Reebok покупает.

Скажем прямо: те, кто не знает мою музыку, вряд ли купят Reebok из-за моего божественно красивого фейса. Другое дело — мои слушатели, которым я говорю, что Reebok — это круто. Вот тут ответственность большая, особенно учитывая, что за все время, что я в большой игре, я до сих пор ничего не рекламировал — были какие-то небольшие некоммерческие истории с небольшим московским брендом CodeRed, но не более. Соответственно, раз я теперь стал лицом Reebok, значит, это того стоит и я ответственен за это.

Почему решил взяться именно за Reebok Classic?

В первую очередь из-за связи между Reebok и хип-хопом. Фигуры Джей-Зи, Кендрика и Свизза для меня авторитетны, и их сотрудничество с брендом очень сильно повлияло на мое решение. А оно, в свою очередь, авторитетно для тех, кто меня слушает, и может стать для них причиной интереса к бренду, вливающего деньги в развитие культуры. Этакий круговорот авторитета в хип-хопе. Кстати, о Кендрике. Я считаю, что он один из наших величайших современников, абсолютно без преувеличения. Уверен, что в будущем его будут изучать в школах, как сейчас изучают классиков XX века, — и при этом это ведь простой пацан из Комптона, живой классик! И вот когда такой человек не просто подписывается под брендом, а активно интегрирован в компанию, в продвижение, снимает вместе с Reebok крутые ролики, где искренне рассказывает о своем пути, — это большой шаг и для бренда, и для всей культуры. Для меня это образец.

Так, ну а твои коллаборации с Reebok Classic когда намечаются?

К началу 2017 у меня выйдет собственная модель кроссов Reebok. Хочется по-серьезному над ними заморочиться. Но главное — другое: я хочу, чтобы форма, в которой мы сотрудничаем с брендом, была минимально корпоративной и не ограничивалась дежурными фразами. Чтобы эта история была скорее про новые формы коннекта между мной и слушателями, а Reebok играл роль связующего звена. Подгоны, акции, вот это все. Сейчас как раз придумываем разные темы. У бренда ведь есть масса ресурсов для этого, которых нет у моей команды, — от связей и опыта до финансов. Понятно, что для меня это коммерческая история, но просто использовать себя как рекламный стенд мне неинтересно: если уж я вписался в такую масштабную тему, то от нее должно выиграть максимальное количество человек.



У тебя суперплотный график, сейчас вот еще и сотрудничество. Когда ты отдыхать успеваешь?

Не особо успеваю. Понимаешь, я четко осознаю, что шанс, который мне выпал, выпадает очень редко и, каким бы ленивым я ни был от природы, не использовать его по полной было бы свинством хотя бы по отношению к тем, кому повезло меньше. Я никогда не мыслил себя воркоголиком, но аппетит приходит во время еды, и я постепенно вошел во вкус. Постоянной барышни, на которую бы уходило время, у меня нет, почти все близкие мне люди и так сотрудничают со мной в той или иной форме, и поэтому грань между работой и отдыхом давно стерлась. Раньше у меня еще было разделение на концертные туры и отдых, сейчас это непрерывный ежедневный процесс. Я буквально кую железо, пока горячо, но стараюсь при этом не превращать творчество в конвейер.

800

А современное искусство любишь?

Я не специалист и не ценитель — что-то мне нравится, что-то нет. Многое натянуто и вторично. «Черный квадрат» Малевича — это гениальное новаторство, но когда таких квадратов становится тьма — это уже скучно. Поэтому я думаю, что постепенно вернется академическая живопись с более строгими нормами и канонами: концептуальным, но технически никакущим артом люди уже пресытились. То же самое можно сказать и про белый стих, например. Первые эксперименты со свободной формой поэзии были прорывом, но в 2016 году это вызывает скорее недоумение и скуку, отчасти поэтому сейчас так успешен рэп с его четкой рифмовкой. Искусство, поэзия, хип-хоп — все всегда должно быть факин фреш. Увы, огромный процент людей по своей сути — повторюшки — дяди Хрюшки. Один сделал условный черный квадрат, второй думает: «О, прокатило, сейчас я тоже так сделаю, и всем понравится». Хрен там, это так не работает.

Фото Павел Самохвалов, Стиль Света Михайлюк

Источник:
http://www.interviewrussia.ru/music/oxxxymiron-dumayu-kendrika-lamara-budut-izuchat-v-shkolah_

Сохранить

Канал СТС снял фильм по мотивам лондонской жизни Оксимирона

На вопросы о сериале «Лондонград», который с 7 сентября начал показывать канал СТС, ответили сценарист и главный редактор русской версии журнала «GQ» Михаил Идов и, собственно, прототип главного героя, Мирон Фёдоров, более известный, как рэпер Oxxxymiron.

У сайта The Flow активные читатели. Один из них полгода назад прислал письмо о том, что он каким-то образом посмотрел материалы сериала "Лондонград" — и это биография Oxxxymiron'а, о чем мы немедленно должны написать. Это так?

Михаил Идов: Отличное начало. Разумеется, это не биография Мирона. Тут непростая история. Ко мне и Андрею Рывкину, с которым вместе с Мироном мы дружим уже несколько лет, пришли с предложением сделать сериал — тогда еще пилот — про русских в Лондоне. Наш бриф практически состоял из трех слов: "Русские в Лондоне". Некоторое время мы сидели и чесали затылки, потому что от фразы "русские в Лондоне" в уме сразу возникают какие-то олигархические истории, которые ни меня, ни Андрея не интересовали. И именно Андрею принадлежит сакраментальная фраза: "А давай делать Мирона".

Оксимирон: Что интересно, эту историю я сейчас слышу в первый раз. Так вот, оказывается, кто всю эту кашу заварил. Салют Рывкину в Лос-Анджелес.

Идов: Мы знали, что окончив Оксфорд, Мирон некоторое время занимался деятельностью, слегка похожей на то, чем сейчас занимается главный герой сериала. Мне кажется, на этом моменте я должен поставить точку и дать Мирону самому высказаться, его это биография или нет.

Мирон, тогда поделись, насколько это твоя история.

Оксимирон: Достаточно забавный момент: недавно я наткнулся на вопрос, заданный мне в моей группе "Вконтакте" аж в 2008-ом: "Чем ты зарабатываешь на жизнь?" На что я тогда ответил: "Когда-нибудь я обязательно расскажу, но время еще не пришло". Раскрывать карты на тот момент было неразумно, да и чревато неприятностями. И вот получилось так, что семь лет спустя я пускай не напрямую, но отвечаю на этот вопрос через сериал. Моя история легла в его основу, но это ни разу не байопик и не «Восьмая Миля». Главный герой «Лондонграда» тоже учился в Оксфорде, тоже не прижился в тамошних кругах из-за непоседливости, а после тоже занимался авантюрным фрилансом в Лондоне в сфере услуг для бывших соотечественников. В сериале рассказано несколько историй, схожих с теми, в которые попадал я. На этом параллели заканчиваются. Основная связь между мной и сериалом — в деятельности главного героя. В решении проблем и вопросов, с которыми сталкиваются русскоязычные люди, попадающие в Лондон.

Дети богатых людей?

Оксимирон: Не только дети, и не только богатых. В сериале все это, кстати, хорошо показано. Запросы, предложения и просьбы о помощи могли быть совершенно разные.

Хочется конкретики. Помочь ребенку поступить в частную школу?

Оксимирон: Или в университет. Или на курсы, стажировку, даже на работу. Если конкретно об учебе в топовых учебных заведениях — то это довольно тонкий вид деятельности, потому что в Англии не работают те механизмы, к которым привыкли, например, состоятельные люди в России. Блат и взятки тут практически исключены, система в гораздо большей степени является меритократией, поэтому если ребенок из России попадает в Англию, то его обычно сначала нужно "причесать" для того, чтобы он вообще имел шанс поступить куда-либо. Его нужно многому обучить, а зачастую — отучить от многого, к чему он привык на Рублевке или в казахских дворцах. В моем случае эта деятельность была причудливым коктейлем из менторства, опекунства, репетиторства и дружбы, пропорции ингредиентов которого варьировались от случая к случаю. Тем более, как уже было сказано, работой с детьми эта деятельность не ограничивалась. Задания могли быть какими угодно: закупки, консультации, разруливание конфликтов, сопровождение, контакты — работа была настолько же разношерстная, насколько стрессовая и безумная. И это важный момент. В сериале очень высокий темп развития событий плюс градус сюрреализма происходящего. Понятно, что кинематограф — не реальная жизнь, здесь многое заострено, но градус накала и трэша более чем сопоставим с тем, как все происходило в реальности. Я доставал людей из британских обезьянников и мониторил наркозависимость отпрысков элиты, выслушивал пугающие признания олигархов, бывших полевых командиров и порноактрис. В одно время моя записная книжка в мобильнике была похожа на что-то среднее между списками Форбс, Татлера и Интерпола, но при этом далеко не все клиенты были богаты. Параллельно я, например, готовил к собеседованию прибалтийских иммигрантов и отмазывал от суда за пьяный дебош бывших соотечественников. Вообще для меня это была очень крутая школа жизни и настоящий кладезь смешных и грустных историй.

800

Идов: Например, возьмем первую серию. В ней на Мишу Куликова, главного героя сериала, одно за другим сыплются три задания. Он должен (с похмелья) рано встретить в аэропорту и доставить на концерт в Albert Hall юного гениального скрипача, который все время норовит сбежать и отправиться на поиски Хогвартса. Далее: помочь вернуть в Москву беглую дочку московского олигарха. И, наконец, залезть в опечатанный полицией офис и ликвидировать лежащий там проблемный ноутбук, который принадлежит хозяину этого офиса. В компетенции реальных агентств, этим занимающихся, первые две ситуации вполне соответствуют реальности, а третья уже вряд ли. Для нас самым интересным было придумывать сюжеты, которые бы находились в этакой серой зоне хастла. Это не детективное агентство, они не расследуют преступления, но и не совершают их.

Оксимирон: Добавлю, что эта «серая зона хастла» — очень, в принципе, типичная вещь для русскоязычной тусовки Лондона. В последние 15 лет, если вынести за скобки олигархические структуры и элиту, то все остальные русскоязычные, которых я встречал в Лондоне, занимались в основном чем-то насквозь авантюрным. Я говорю не о прямом криминале, а именно о схемах, замутах и так далее. За годы в Англии я познакомился с достаточным количеством бывших соотечественников, чтобы с уверенностью сказать, что герой сериала во многом представляет собой собирательный портрет русскоязычного в Лондоне. Без преувеличений. Воспользуюсь моментом и передам привет двум таким реальным лондонским остапам бендерам, нынче, впрочем, остепенившимся - В. Коновалову и Дикому.

Мирон, как ты узнал об этом сериале?

Оксимирон: Когда мы с Мишей только познакомились весной 2012-го, мы прямо вцепились друг в друга, так как находились в удивительно схожих ситуациях: и он, и я тогда более или менее неожиданно попали в Москву после долгих лет на Западе. И, конечно, обменялись самыми разными историями, в том числе я рассказал про свою деятельность в Лондоне, про то, на что жил после окончания университета. Миша сразу среагировал с неподдельным интересом, а в начале, кажется, 2013-го он сказал: "Вот есть такая идея". Но есть важный момент: к телевидению я отношусь крайне осторожно. С недоверием — это мягко сказано.

Идов: Я тоже (смеются).

Оксимирон: На самом деле в последнее время мне поступало немало разных предложений, связанных с ТВ, но я туда не стремлюсь. Причем даже не стоит искать в моих словах какой-то там антисистемный пафос, просто я с каждым годом убеждаюсь, что телевизор, как и радио — в целом мертвый формат, и не очень понятно, зачем с ним связываться. Однако в случае с «Лондонградом» я столкнулся с сериалом про тот самый город, который занимает центральное место в моих текстах. Да еще и писали его мои друзья, а в основу легла часть моей истории. Беспрецедентная ситуация.

Идов: Еще одна важная для меня деталь: мне тоже, после того, как я перешел из журналистики к сценарному делу, много разного предлагали. И уникальность "Лондонграда" как проекта в том, что и у меня, и у Андрея, и у наших соавторов Лили Идовой и Лены Ваниной было абсолютно беспрецедентное, даже несколько сюрреалистическое количество творческой свободы. Я и подумать не мог, что на российском телевидении мы сможем сделать сериал, действие которого происходит полностью в Лондоне, в котором задействованы десятки британских актеров, и в ряде серий которого 50-60% оригинального диалога будет идти на английском языке. То есть, сказать, что "Лондонград" не похож на среднестатистический русский сериал — это ничего не сказать. Я не говорю, что он лучше, это зрителю судить. Но он явно принадлежит к какому-то другому биологическому виду.

А как вы сами считаете, зачем семейному каналу "СТС", на котором прекрасно идет сериал "Кухня", вообще понадобился "Лондонград"?

Идов: Дело в том, что "Лондонград" мне абсолютно не кажется нишевым продуктом. В первую очередь это сериал, который рассказывает массу, на мой взгляд, крайне захватывающих историй. И я твердо верю в то, что история и персонажи — это главное. Если они интересны — люди будут смотреть. Если неинтересны — не будут. И то, снимался ли он в Лондоне, Африке или на Марсе — где-то через одну-две серии странным образом перестает иметь значение. Когда мы просим зрителя побыть с нами не час, не два, а 16 часов подряд, мы обязаны рассказать ему крутые истории. В данном случае, мне кажется, мы это обязательство выполняем.

Оксимирон: А я, наоборот, скажу, что все очень круто как раз по той причине, что все происходит в Лондоне. Для меня это важно.

Идов: Но чисто теоретически это мог бы быть и сериал про пуэрториканцев в Нью-Йорке.

Приходилось ли идти на какие-то компромиссы, исходя из того, что "СТС" — семейный канал, на котором нельзя показать, скажем, наркотическую оргию?

Михаил: Эээ, вы удивитесь (смеются). Все, что я могу сейчас сказать, это то, что в диалогах на английском языке нет цензуры. Поэтому, если очень сильно прислушиваться, можно услышать много интересных слов под русским дубляжом.

Оксимирон: Я не знаю насчет семейного канала, но по-моему, столкновение русской мафии и ирландских цыган… Я же не слишком спойлерю? По-моему, это отлично вписывается в семейную программу на воскресный вечер, ага.

Трек Оксимирона — это песня для титров?

Оксимирон: Нет, это не песня для титров — это песня, которую Миша предложил написать к запуску сериала. Как я уже сказал, для меня было важно не вписываться в телеэфир — и меня там по-прежнему нет. Клип смонтирован из кадров сериала, но для интернета, а не для телевидения. Были конкретные предложения по раскрутке трека на телевидении и радио, использовании в рекламе и так далее, но мне по разным причинам не хочется в такое вписываться, несмотря на финансовую составляющую. А реально интересно мне было лишь изначальное предложение, благодаря которому захотелось написать такую абсолютно экспериментальную песню, даже близко не похожую на то, что я обычно выпускаю. Гимн авантюристам для авантюрного сериала.

Идов: Мне кажется, эта песня — такой братский параллельный продукт к сериалу. Наверное, это лучший способ описать ее.

А мне вот показалось, что эта песня написана будто под бриф. Она действительно не похожа на то, что вы писали раньше. Но непохожа в том смысле, что вы словно говорите себе "давай я напишу что-то более понятное, сравню город с заповедником, с муравейником". Не ваш уровень, что ли.

Оксимирон: Все проще: я не хотел перегружать текст своими обычными громоздкими рифмоконструкциями, хотелось сделать нечто, вообще не привязанное к рэпу и субкультуре. Я уже столько написал про Лондон сугубо рэперски-граймерского, куда еще-то. Оно бы и к сериалу не подошло. Тут, учитывая жанр «Лондонграда», наоборот, само собой напрашивалось нечто, стилизованное в плане музыки под такую околофанковую, даже биг-бэндовую ретро-историю, в духе чуть ли не саундтреков к бондовским фильмам или, наоборот, песен, которые в советском кино мог бы исполнить какой-нибудь персонаж Андрея Миронова (я, разумеется, говорю об ориентирах, а не сравниваю уровень). И это стало для меня определенным вызовом — а в состоянии ли я такое написать, и чтобы это звучало круто? Я помню, все когда-то жаловались, что у меня мало песен, одни баттловые треки да демки — вот я песню и сделал.

Идов: Ну, во-первых, что такое бриф? Ты же поначалу не разговаривал на канале ни с кем, кроме меня. Единственным "брифом" был наш разговор по скайпу зимой, когда я сидел в Тайланде, а ты в Лондоне.

Как название "Лондонград" обрело дополнение "Знай наших"?

Идов: С самим названием все просто. Когда пишешь сериал про русских в Лондоне, название «Лондонград» неизбежно. Мы всячески пытались его избежать, потому что это реально первое слово, которое приходит в голову. Мы пробовали «Лондонский мост», «Небо Лондона» и так далее и так далее. Но если название просится само, то сопротивление бесполезно. Я, кстати, считаю, что когда вам нравится сам материал, то название быстро наполняется конкретным смыслом из этого материала. Пример — вот я сейчас смотрю сериал «Мистер Робот», который мне очень нравится. Какого хрена он называется «Мистер Робот», малопонятно. При этом никаких вопросов это не вызывает: с первой же серии ты принимаешь этот факт — и все. А «Знай наших» — это тэглайн, маркетинговый слоган. Но да, я тоже заметил, что в последнее время он присоседился к названию. Для меня «Лондонград» — это сама вещь, а «Знай наших» — то, при помощи чего она продается.

Мирон, вопрос к вам. Было ли желание засветиться в камео?

Оксимирон: На самом деле, было, просто ради эпичности момента. Но не вышло: когда снимали первый сезон, мы находились в туре «арХХХеология». Видимо, мой ангел-хранитель в очередной раз спас меня от попадания в телевизор.

Идов: А у меня то же самое не получилоcь по причине полного отсутствия актерских способностей. Пробовался на две маленькие роли — не получилось.

Мирон: Возможно, меня ждала бы та же самая участь.

Проблемы русских олигархов и лондонской диаспоры кажутся актуальной историей года так 2012-го. Когда всей стране еще не был дан приказ относиться к Европе как к врагам. А сейчас вам не кажется, что вы немного про прошлое снимаете фильм? Что проблематика немного изменилась?

Идов: А на что изменилась? "Сколько гусей нам задавить бульдозером"?

К сожалению, да. Есть ощущение, что людей, которые смотрят на диване телевизор, теперь волнуют другие темы.

Оксимирон: Скажем так, от людей, которые на диване смотрят телевизор, Лондон и проблемы русских в Лондоне были равно далеки как сейчас, так и три года назад. И тут вступает в игру то, про что говорил Миша. Что это некие архетипические истории, которые могли происходить где угодно. Нужно подчеркнуть, что хоть там есть и легкий олигархический след (так, главная героиня - бунтарская дочка состоятельного человека из России), в остальном проблемы людей в сериале — проблемы не элиты, а обычных русских людей, которые попали в Лондон. Это все та же старая тема, которую я пытался демифологизировать еще в конце нулевых: смешное представление о том, что все русские в Лондоне – это абрамовичи. А на деле большой разницы между тем, что происходит здесь и там в жизни обычных людей, нет. Это не «Богатые тоже плачут», а реальные истории выживания. И мой трек к сериалу - все о том же страггле , просто без всей этой гетто-истории, которая у меня на первом альбоме присутствовала. А насчет того, насколько это стало актуально или неактуально — ну, мы не идиоты, мы понимаем суть вопроса. Тем и интереснее, наверное, что этот сериал выходит сейчас.

Идов: Можно я немного нагло и слегка по-рэперски отвечу? Ровно те же вопросы мне задавали перед фильмом "Духлесс-2". "Не считаете ли, что дауншифтинг на Бали интересовал всех в 2013?". Ровно в каждом интервью я отвечал на этот вопрос. Это не помешало "Духлесс-2" стать самым кассовым российским фильмом 2015 года.

Правда ли, что это самый дорогой проект канала в этом сезоне?

Идов: Я честно скажу: я не считал деньги канала. Но мне хочется думать, что это самые эффектно потраченные деньги канала в этом сезоне.

Оксимирон: Эффектно или эффективно?

Идов: Эффективно — посмотрим, эффектно — точно!

Сколько времени вы вообще друг с другом знакомы?

Идов: С начала 2012-го, когда я переехал в Москву из Нью-Йорка и параллельно со мной Мирон приехал из Англии.

Оксимирон: Могу рассказать забавную предысторию. Мой отец крайне всегда крайне скептически относился к моим околомузыкальным занятиям, и когда-то честно сказал мне: «Слушай, вот то, чем ты занимаешься — я никогда не смогу это принять. И даже если за это начнут платить, мое отношение не изменится. Разве что если какой-нибудь уважаемый мной известный человек скажет, что то, чем ты занимаешься — круто». Тогда это и для него, и для меня звучало, как нечто абсолютно нереальное, но разговор я, естественно, запомнил. Много лет спустя отец при встрече восхищался книгой «Кофемолка» некого писателя из Америки, но я пропустил это мимо ушей. А спустя месяц мне друзья из Москвы написали, мол, посмотри, что про тебя написал главред GQ в твиттере. Там был крайне позитивный отзыв — и только потом я соотнес, что этот главред — и есть тот самый американский писатель, автор той самой "Кофемолки". Разумеется, я написал отцу сообщение в духе: "Нате, пожалуйста". Ответ был характерным: «Ну что, я рад, что твоя известность хоть немного вышла за пределы одиозных кругов». А потом мы с Мишей познакомились вживую.

Идов: При этом, переехав в Москву, я тоже оказался в немного одиозных кругах московского гламура, из которых довольно быстро начал давать задний ход — как раз при помощи сценарной работы. Я приехал редактировать журнал, то есть вот буквально править в нем запятые — а попал в непредвиденный статус публичной, так сказать, фигуры. Поэтому мне было невероятно важно срочно найти в Москве свой круг общения и поддержки — так у меня сложился небольшой, но крутой круг товарищей, большинство из которых какую-то часть жизни прожили на Западе. У Андрея Рывкина такая же биография, поэтому мы и оказались вокруг этого проекта. И Мирон тоже стал одним из немногих людей, с которыми у меня возникло тотальное взаимопонимание.

Оксимирон: Я в те времена, помнится, в основном депрессовал, смотрел «Прослушку» и бухал на лавочке с Андреем Михеевым — и очень сильно ***** [ обалдел] от дальнейшего развития событий. У нас уже есть такой running gag, мол, Миша меня уже который год затягивает в окологламурный околомейнстрим. Но по факту — как бы людей ни возмущало мое появление в каких-то новых и непривычных контекстах, но мне это интересно делать хотя бы ради разношерстности биографии. I did it for the vine.

Михаил, можно говорить, что вы тоже внесли вклад в то, что известность Мирона вышла за пределы "одиозных кругов"?

Идов: Наверное, нет. Мне кажется, было бы наглостью такое утверждать. Я просто был частью того хора голосов, которые в тот момент начали петь осанну Мирону. У меня не было никакой задачи что-то популяризовать, мне просто изначально нравилось то, что он делает. Первые вещи Мирона, которые я слышал — это был выпрыгнувший по ютубовским ассоциациям клип "Я хейтер", которого он, по-моему, сейчас немного стремается. Но даже этого хватило, чтобы тут же сесть и начать смотреть все остальные.

Оксимирон: На самом деле не хотелось бы превращать этот разговор в "кукушка хвалит петуха за то, что хвалит он кукушку". Но последнее, что могу сказать — Миша отлично шарит в западном хип-хопе, например, так что все было достаточно органично.

Давали ли вы Мирону какие-нибудь советы или, может быть, предостерегали от чего-то?

Оксимирон: Миша, ты был моим продюсером, признавайся?!

Идов: Я бэк-МС был, на самом деле. Вообще, ОХРА – это я (оба смеются). Но все-таки мы с Мироном оба движемся по довольно причудливым траекториям — и иногда они идут параллельно. Мне кажется, Мирон сам кому угодно насоветует, что делать, а чего не делать в медийной индустрии. Так что скорее нет, чем да. Но если мы не разосремся вокруг "Лондонграда", то, мне кажется, после этого ничего не страшно.

Тогда последний вопрос. Вы оба глобальные люди — что уже звучало в интервью. Что вы думаете а) о патриотизме, неожиданно охватившем всю страну, б) как вы себя ощущаете среди всего этого?

Идов: Я обычно прячусь от таких вопросов за американский паспорт — кому интересны мои рассуждения о стране, гражданином которой я не являюсь. И вообще я безродный космополит. Но только в том смысле, что настоящий патриотизм для меня связан не с государством, а с культурой и языком. Я очень болею за Россию — и в первую очередь мне хочется, чтобы она была страной, которая рулит мировой культурой. Производит книги, которые все читают, и музыку, которую все слушают. И, да, сериалы, которые все смотрят.

Оксимирон: У меня немного другая история. Хотя я прожил на Западе чуть ли не дольше, чем Миша, но не считаю себя немцем, англичанином и так далее. Я очень привязан к российской культуре и к российскому пейзажу, а к Питеру — так прямо-таки приварен с детства. Но это совершенно не означает, что я привязан к структурам и институтам, выросшим на этой почве. Очень долгое время, когда я жил на Западе, у меня было то же самое правило, которого придерживается Миша: не говорить о том, что происходит в России, о том, чего не знаешь. Но сейчас я очень много времени провожу в Питере, а значит то мое эмигрантское правило постепенно теряет смысл. Поэтому отвечу на вопрос. Что такое патриотизм? Если это привязанность к определенному пейзажу, настрою, к речи, то есть нечто достаточно хрупкое и личное, то и я, получается, патриот. Как минимум — Петербурга. Недаром у меня эта татуировка на шее. Если же патриотизм — это поиски врага, то мы это все уже сто раз проходили. Любой человек, знакомый хотя бы со школьной программой по литературе (из которой пока еще не удалили Салтыкова-Щедрина) или с историей Европы 20-х 30-х гг, словит сегодня нехилое дежавю. У Умберто Эко было такое эссе — «Средние века уже начались». Это и есть самый точный ответ.

Oxxxymiron «Лондонград» (Londongrad OST)



Источник:
http://the-flow.ru/features/oxxxy-idov-londongrad

Сохранить

Рэпер Oxxxymiron стал человеком года по версии GQ

Как всегда в октябре, уже в десятый раз, читатели журнала GQ выбрали тех, кто в уходящем году добился больше других. На этот раз звездная компания «GQ Человек года 2012» состояла из 13 мужчин и одной женщины. Главной неожиданностью стало появление в списке рэпера – такое произошло впервые.

Как сказано в краткой аннотации в журнале «Oxxxymiron читает рэп про Плутарха и Блаватскую, пестует могущественных врагов и изо всех сил противится собственной славе».

Кроме рэпера, в списке имеется еще один музыкант – в звездной компании присутствует Олег Гаркуша, хотя позиционируют его как «Аукцыон». Изданный в 2011 году альбом старейшей питерской «Юла» журналисты охарактеризовали как «потрясающий».

Кроме этого, среди «людей 2012 года» названы: политик Алексей Кудрин (единственный из круга близких соратников Путина, кто резко осудил приговор «Pussy Riot»).

800

В людей года вошли также:

Вячеслав Зайцев – если и есть у российской моды «наше все», то это Слава Зай¬цев. Человек-легенда, он уже 50 лет занимается, пожалуй, самым неблагодарным в нашей стране делом — одеждой. Как раз к пятидесятилетию деятельности в области дизайна вручаем Вячеславу награду за вклад в развитие индустрии моды.

Александр Яценко – главный герой российской негероической кинореальности Александр Яценко в 2012 году отличился ролями в «Орде» и «Пока ночь не разлучит».

Аркадий Волож – в 2011 году крупнейшее в мире IPO среди технологических компаний на бирже NASDAQ совершил «Яндекс».

Сценарист и режиссер Авдотья Смирнова – ы 2012 году она сняла фильм «Кококо», возродив надежду на появление умного русского мейнстрима. И вышла замуж за Чубайса, что тоже сильный художественный жест.

По поводу награждения Оксимирона высказался Эдриан Броуди: «Мы давно его любим. Мы рады, что теперь его удалось и чем-то наградить».